Непрезидентская вертикаль: во что обойдется борьба за увольнение Сытника

Турборежим, в котором начал работать Конституционный Суд, рассматривая вопросы, связанные с НАБУ, неожиданно поставил на паузу не только этот правоохранительный орган.

Международные эксперты, которые должны были войти в конкурсную комиссию по избранию директора Госбюро расследований, тоже заняли выжидательную позицию, очевидно наблюдая за тем, сможет ли ряд ключевых правоохранительных структур сохранить независимость или они перейдут в категорию управляемых. Причем управляемых теми, чьи незаконные действия они должны пресекать и расследовать. Да и запускать конкурс в целом рискованно, поскольку президент не сможет назначить победителя.

Вслед за резонансным решением о неконституционности указа президента о назначении директором Национального антикоррупционного бюро Артема Сытника Конституционный Суд начал рассмотрение представления 50 народных депутатов, которые требуют признать неконституционными полномочия президента по созданию НАБУ, делегированию членов конкурсной комиссии и еще ряда положений закона, которым регулируется работа этого органа. Как это связано с ГБР, которое изначально создавалось Кабинетом Министров? Напрямую. Речь идет о том, будут ли эти два органа в дальнейшем независимыми, со специальным статусом или их через усовершенствование законов и изменение статуса переподчинят Кабмину и премьеру. Потому что из-за слушания дела в Конституционном Суде выжидательную позицию заняли и депутаты, заявив в комментариях “Цензор.НЕТ”, что изменения в законы о НАБУ и ГБР назрели еще после первого решения КС по Сытнику, но какими они будут, зависит от того, к каким выводам суд придет сейчас.

“Все заняли выжидательную позицию, потому что сейчас идет рассмотрение дела в Конституционном Суде, – пояснил глава Комитета Верховной Рады по вопросам правоохранительной деятельности Денис Монастырский. – Поэтому по ГБР нет такой суперактивности в плане делегирования своих представителей в конкурсную комиссию со стороны международных экспертов, они тоже ждут. Если до конца сентября решение суда не будет принято, мы будем думать, каким образом выходить из этой ситуации. Если суд его примет, то свои дальнейшие шаги будем планировать, исходя из него. Я не исключаю, что будут изменения профильных законов, закона о НАБУ и, возможно, закона о ГБР. Сложно сказать о скорости этого движения, думаю, что это будет активно обсуждаться в октябре, когда уже будет сформирована единая устойчивая позиция. Я беспокоюсь за независимость институции, которую нужно сохранить. Это должен быть главный месседж во всех реформах. Институция должна быть независимой и эффективной. Если мы потеряем первое, не будет второго”.

Напомним, что и НАБУ, и ГБР создавались для того, чтобы расследовать преступные действия топ-чиновников, среди которых – премьер-министр, министры и их замы. А теперь представьте, что к этим двум силовым структурам добавится новый правоохранительный орган, который депутаты сейчас создают для борьбы с преступлениями в сфере экономики и хотят подчинить Кабмину. Как думаете, насколько эффективными и незаангажированными будут эти органы и их расследования, если их руководители будут в составе правительства? Должность премьера при таком раскладе со временем может заиграть новыми красками: при умелом управлении и расстановке “своих” людей на руководящие должности в этих трех правоохранительных органах при желании можно выстроить вполне себе рабочую модель перераспределения активов государства. Не говоря уже о схемах распределения по “правильным карманам” бюджетных средств. Как думаете, захочет ли руководитель любого из этих правоохранительных органов давать команду на проведение мероприятий по документированию незаконных действий премьера или коллег по Кабмину? Вряд ли. Вот почему так важна независимость любого из этих органов.

Именно о независимости НАБУ как институции больше всего говорили в открытой части заседания Конституционного Суда. По словам представителя Верховной Рады в Конституционном Суде Ольги Совгири, авторы конституционного представления указывают на необходимость переподчинения НАБУ Кабмину. Она подчеркнула, что такой подход не отвечает конституционным гарантиям по надлежащему обеспечению деятельности НАБУ, как правоохранительного органа, а также противоречит Конвенции о защите прав человека и основоположных свобод в аспекте обеспечения эффективного досудебного расследования.

Она напомнила суду об одном из его решений, в котором была высказана позиция по поводу иерархического переподчинения тех органов, которые осуществляют расследование по отношению к тем лицам, чьи действия они расследуют. В частности, в апреле 2018 года Конституционный Суд признал неконституционным предоставление Уголовно-исполнительной службе Министерства юстиции функции следствия. Тогда суд мотивировал свое решение тем, что из-за подчинения следственных органов службы Минюсту невозможно обеспечить соблюдение конституционных требований независимости расследования преступлений, совершенных против подозреваемых и осужденных, которые находятся в учреждениях исполнения наказаний или следственных изоляторах.

Представитель президента в Конституционном Суде Федор Вениславский также считает, что необходимо сохранить специальный статус НАБУ, гарантирующий независимость. Поэтому рассматривая представление, необходимо учитывать статью 17 Конституции, которая прямо предусматривает, что для обеспечения государственной безопасности существуют специальные правоохранительные органы. “Конституция допускает существование правоохранительных органов, которые должны обеспечить сферу государственной безопасности. А борьба с коррупцией – это тоже сфера государственной безопасности”, – считает Вениславский.

Он призвал суд учитывать предыдущие правовые позиции, которые говорят о том, что президент имеет полномочия относительно назначения в сфере нацбезопасности определенных должностных лиц. А также заметил, что может возникнуть очень интересный и опасный прецедент, если Конституционный Суд признает неконституционным один из пунктов, которые просят депутаты в своем представлении, а именно относительно полномочий президента делегировать своих представителей в состав конкурсной комиссии по избранию кандидатуры на должность директора НАБУ. “Если мы говорим о том, что действительно в статье 106 Конституции Украины, закрепляющей полномочия президента, не предусмотрено таких полномочий, как создание конкурсной комиссии, то тем самым мы должны утверждать, что в статье 85 Конституции также не предусмотрено полномочий Верховной Рады создавать каких-либо конкурсных комиссий. А это означает, что те судьи, которые были отобраны конкурсными комиссиями при президенте, при Верховной Раде, также становятся сомнительно легитимными с точки зрения такой логики.

Президент, создавая вместе с Верховной Радой, и другими органами, конкурсную комиссию, не назначает на должности. Он на паритетных началах создает независимый коллегиальный орган, который должен обеспечить максимальный качественный отбор кандидатов на должности, на которые впоследствии назначает либо парламент, либо президент Украины”, – сказал он.

Обсуждая вопрос о том, должно ли НАБУ сохранить статус государственного правоохранительного органа, присутствующие говорили и о возможной реакции международных партнеров Украины. По мнению Вениславского, особенно острой она может быть от Европейского Союза, юридические обязательства перед которым Украина взяла в плане либерализации визового режима. “Простыми словами, ликвидация антикоррупционных органов гипотетически ставит перед нами всеми очевидное последствие – это отмена безвизового режима пересечения границы Украины с границами Европейского Союза, – сказал он. – По моему глубокому убеждению, нет никакого сомнения в том, что сегодня у конкретных политических сил есть цель разрушить созданную систему антикоррупционных органов и иных органов, ведущих борьбу с преступлениями на самом высоком уровне. А именно Национальное антикоррупционное бюро, Высший антикоррупционный суд по поводу конституционности которого также есть сомнения у представителей определенных политических сил, Государственного бюро расследований, по которому тоже есть конституционные представления и которые мы будем скоро рассматривать”.

О возможных последствиях высказался и министр юстиции Денис Малюська. По его мнению, ситуация вокруг НАБУ может повлечь сомнения в конституционности еще целого ряда органов в государстве.

“Этот вопрос намного шире. Есть еще целый ряд других органов, по которым у президента есть кадровые полномочия. Потенциально, возможно, по ним будет необходимо сделать пересмотр нормативной базы, чтобы привести в соответствие с заключением КС. Если мы возьмем все кадровые полномочия президента, не предусмотренные Конституцией Украины”, – отметил министр.

До рассмотрения вопроса по переподчинению Госбюро расследований Конституционный Суд еще не дошел, но производство по конституционному представлению народных депутатов относительно конституционности положений Закона “О государственном бюро расследований” открыл. Как отмечает в своем Телеграмм-канале Ольга Совгиря, в нем несколько ключевых моментов. Первое – президент не имеет конституционных полномочий назначать директора ГБР. Второе – ГБР было выведено из подчинения Кабинета Министров, чем нарушается принцип разделения государственной власти.

Она также напомнила, что Конституционный Суд уже рассматривает дело по другому конституционному представлению 2019 года о назначении президентом Украины директора ГБР.

Таким образом, на рассмотрении Конституционного Суда находятся уже два дела относительно закона о ГБР.

Как и в случае с НАБУ, если ГБР сделают органом центральной власти, премьер опосредованно получит возможность влиять на назначение директора, на вопросы проведения конкурса, на вопросы, связанные с Советом Общественного контроля, члены которого входят в дисциплинарную комиссию. “Если Кабмин будет иметь возможность комплексно влиять на кадровые вопросы, вопросы нормативного обеспечения, дисциплинарного характера, в такой ситуации нарушится баланс, который сейчас есть между ветвями власти, – считает первый заместитель директора ГБР Александр Бабиков. – С учетом того, что спецсубъектами, по которым может проводить расследование ГБР, являются премьер-министр, министры и их заместители, руководители госорганов, это может привести к тому, что эффективность работы бюро, мягко говоря, пострадает.

Кроме того, если мы становимся органом исполнительной власти и перестаем быть лицами рядового и начальственного состава, то станет вопрос о том, на каком основании наши сотрудники будут рисковать своей жизнью. Как люди, которые станут гражданскими, будут задерживать военных, которые сбегают из воинской части с автоматами, подставлять себя под пули, если на них не будут распространятся гарантии сотрудника правоохранительного органа?”

Формально конкурсная комиссия по избранию директора ГБР может уже работать даже без международных экспертов. Верховная Рада и Офис президента делегировали туда своих членов. Но, как рассказал “Цензор. НЕТ” член этой комиссии Андрей Козлов, она еще пока не собиралась. По его мнению, все-таки следует международников дождаться.

Большинство депутатов, с которыми удалось пообщаться, удивлялись темпам работы Конституционного Суда, который обычно годами рассматривает важные для общества вопросы. Такие, к примеру, как закон о люстрации. А также тому, почему вопрос по НАБУ поднят депутатами только сейчас, спустя почти 6 лет работы этого органа, если процесс его создания действительно не отвечает Конституции? Не стали ли причиной какие-то резонансные дела, расследуемые НАБУ, а парализация работы этого органа поможет кому-то избежать ответственности? Но ни одно из таких дел они не назвали.

Еще один вопрос, на который они пока ищут ответ: как быть с решением КС по самому Сытнику, который заявил, что добровольно со своей должности уходить не собирается. “Указ – это акт одномоментного действия, он подписан, введен в действие – все. Была ли нарушена процедура главой НАБУ? Нет. Сытник был назначен по закону, – утверждает первый заместитель председателя комитета Верховной Рады по антикоррупционной политике Ярослав Юрчишин. – Уволить Сытника Конституционный Суд не может, у него нет таких полномочий. Формально можно назначить исполняющего обязанности. Но он назначается приказом директора НАБУ. Если следовать логике, то такой документ подписывать нельзя. То есть мы сейчас в патовой ситуации. Что бы стоило сделать? Первое – принять изменения в закон. И по новому закону уже проводить новый конкурс. Второе – в переходных положениях отметить, как мы трактуем ситуацию, учитывая решение Конституционного Суда. Может быть позиция такая: поскольку действующая процедура была соблюдена, то Сытник добывает до конца свой срок на должности, и, соответственно, замечаний к нему нет”.

В то же время, Юрчишин подчеркнул, что Банковая сейчас заинтересована в том, чтобы держать правоохранительную систему в подвешенном состоянии, а также усилении на нее политического влияния. “Власти невыгодны полноценные независимые руководители правоохранительных органов. Выгодны или политически зависимые, как госпожа Венедиктова, или с приставкой и.о., а люди в статусе исполняющих обязанности ограничены в своих правах и возможностях, – говорит он. – Не имеет значения, будет ли на позиции генерального прокурора Венедиктова или назначат так же политически зависимого нового генерального прокурора. Пока не будет реальной независимости процессуальной, до того момента будут постоянные попытки поставить своих людей или подвесить структуру, оставляя руководителей в статусе исполняющих обязанности. Исполнители в этом процессе разные, координация работы по формированию зависимости ведется напрямую из Офиса президента”.

По словам Юрчишина, проблема в том, что в процессе реформирования по тем или иным причинам был допущен ряд ошибок. “Например, у Порошенко была возможность назначать директоров ГБР и НАБУ. Это не сыграло тогда, это сыграло сейчас, фактически заложив мину под Сытника и любого руководителя НАБУ и ГБР. Нужно менять законы. Но активности, законодательных инициатив от Офиса президента мы не видим”, – отметил он.

Запускать конкурс по ГБР до изменения законодательства нельзя, считает первый замглавы Комитета Верховной Рады по вопросам правоохранительной деятельности Андрей Осадчук. “Имея решение по директору НАБУ, мы прекрасно понимаем, что по ГБР совершенно такая же ситуация. Если выберут какую-то кандидатуру, и Зеленский ее назначит, это будет железобетонно неконституционно”, – подчеркнул он.

Он также придерживается мнения, что если премьер получит право назначать руководителей этих ведомств, то конкурс надо сохранить. “Мы не решим вопрос полной независимости, понятно, что у “слуг народа” сейчас большинство, понятно, что они будут давить, но мы должны как минимум институционально устанавливать правила, которые устойчивые и могут пережить изменения власти”, – подытожил он.

Еще один конкурс, который должен стартовать осенью и пока тоже “подвис” – на главу Специальной антикоррупционной прокуратуры. Народные депутаты до сих пор не делегировали своих представителей в конкурсную комиссию. Две попытки уже провалились, пытаются снова. Как рассказал “Цензор.НЕТ” Андрей Осадчук, на недавнем заседании комитета объявили новый срок подачи кандидатур. До 14 сентября фракции и группы должны подать свои кандидатуры и на той же неделе их вынесут на рассмотрение в зал. “Я очень просил коллег обратить внимание на то, что кандидатуры должны соответствовать требованиям закона. Среди прочих требований – опыт антикоррупционной работы. 15 сентября будет специальное заседание комитета, посвященное утверждению этих кандидатур”, – объяснил он.

В свою очередь Денис Монастырский уверен, что на этот раз голосование будет удачным. “В предыдущий раз не хватило буквально пяти голосов. Это в принципе говорит о том, что парламент готов, – отметил он. Этот процесс в любом случае неизбежен. Здесь Верховная Рада должна выполнить свои обязательства и найти компромисс”.

В любом случае, обновить кадры в этих органах раньше, чем в стране состоятся местные выборы, вряд ли удастся.

Источник: censor.net
Вам также может понравиться