Подвиг Грузии и Михеила Саакашвили в войне-2008: допущенные ошибки и уроки для Украины

12 лет назад, как говорят, началась российско-грузинская война. Это неверные слова, которые историки когда-то исправят. Российско-грузинская война на самом деле началась в 1992 году, когда Россия захватила Абхазию и осетинские села Южной Осетии. И война не прекращается до сих пор.

Обстановка на 2008 год была такой: Россия не контролировала Южную Осетию полностью, а только осетинские села региона, в то время как Грузия контролировала грузинские села. Правовой статус российской армии был такой же, как в украинском Крыму – россияне находились в регионе легально, называясь “миротворческими силами”, передвигались без ограничений. Фронта не было. Но стычки и перестрелки на дорогах и вокруг сел периодически возникали, Россия не позволяла установить мир.

В 2004 году Михеил Саакашвили начал реформу армии. В это время Грузия выстроила весьма успешную стратегию войны на истощение в Южной Осетии. Спецподразделения полиции при поддержке армии стали давать все более эффективный отпор российским террористам – работали снайперы, проводились локальные операции против пророссийских бандитов. “Ополченцы” быстро почувствовали грузинское превосходство. Грузины были очень успешны в информационной войне, и они начали реформы, которые привели к быстрому повышению уровня жизни грузинских сел в Южной Осетии.

Но по мере того, как крепла Грузия, Россия стала направлять в Южную Осетию дополнительные воинские подразделения. 10-я бригада спецназ ВС РФ и пророссийские отряды “ополченцев” вели боевые действия против грузинской полиции. Грузины в этих стычках несли потери меньше, чем оккупанты, но для Грузии каждая потеря становилась трагедией, и Саакашвили был обязан на это реагировать. Россия провоцировала большую войну.

Я понимаю политические причины операции Грузии 8 августа. В ответ на гибель грузинских граждан от российских диверсантов, Саакашвили решил оказать сопротивление более масштабно. Считаю, что война 2008 года не была образцом военной операции, но  Саакашвили удалось сплотить нацию вокруг идеи сопротивления России. Это настоящий подвиг Грузии.

А теперь об ошибках. Реформы армии начались только в 2004 году, но грузины не были готовы к войне: четыре года – это абсолютно недостаточно, учитывая, что армию у них пришлось строить практически с нуля. Большинство воинских соединений были развернуты незадолго до войны, они не успели воспитать необходимое количество военных лидеров – генералов, офицеров, сержантов, не успели освоить новое вооружение, которое закупила Грузия перед войной. Боеготовность и боеспособность наспех собранной грузинской армии были весьма условными, но грузинское руководство этого даже не могло осознать. Самая подготовленная 1-я пехотная бригада находилась в Ираке в составе войск НАТО. Новый зенитно-ракетный дивизион “Бук”, закупленный в Украине, не был освоен личным составом и не был приведен в боевую готовность.

Самой большой ошибкой стало то, что наступательные действия грузинских войск в районе Цхинвали не были спланированы как военная операция. Это был, если точно назвать, спонтанный полицейский рейд силами армии. Здесь очевидно, что в Грузии отсутствовала доктрина действий в Южной Осетии, не были просчитаны риски в случае масштабного вмешательства российской армии, не было плана для блокирования выдвижения россиян и для отступления. Грузинская армия не была готова к войне в условиях превосходства противника, в ней еще не возникло боевых традиций, она не была обкатана даже в миротворческих миссиях, большинство личного состава были не обстреляны, хотя обстановка вполне позволяла дать минимальный боевой опыт большинству боевых частей. Думаю, Саакашвили не хотел большой войны, он хотел наказать тех, кто снова организовал убийство грузинских граждан.

По сути, получилась эмоциональная реакция Грузии на очередную серию российских диверсий и убийство грузинских полицейских. В результате основная боевая нагрузка пришлась на недавно сформированную 4-ю грузинскую бригаду, большинство других грузинских частей активного участия в боевых действиях вообще не приняли. Не были предусмотрены действия на коммуникациях противника, когда российские войска пошли. Не было организовано прикрытие отступления грузин, хотя в наличии были крупные силы артиллерии, которая не успела вступить в бой в полную силу до момента появления российской авиации.

Цхинвали так и не был окружен. Не была перерезана Дзарская дорога, одна-единственная, которая позволила россиянам быстро наращивать силы, и которую было несложно перерезать. Не были блокированы ни Рокский тоннель, ни Гуфтинский мост.

Имея батальон легкой пехоты, спецназ, грузины не предприняли попытки проникнуть вглубь Южной Осетии до начала масштабных действий, чтобы перерезать дороги либо захватить важные тактические пункты.

Из общения с грузинскими военными я пришел к выводу, что оптимальное время операции в Южной Осетии было бы вообще зимой. Грузины ударили летом, что было для противника самым удобным временем в горах. Зимой же в горах часто нелетная погода, и российская авиация была бы скована в своих действиях, а в августе они летали круглосуточно. Зимой снег часто блокирует Рокский тоннель – единственную артерию для связи с РФ, заваливает Дзарскую дорогу. Зимой на узких дорогах наиболее эффективно могло сказаться превосходство грузинской армии в танковом вооружении. Грузинские Т-72 были модернизированы Израилем, имели современную систему управления огнем, цифровую связь и тепловизионные прицелы и значительно превосходили российские танки. Даже в случае неудачи зимой, прикрыть отход своих войск грузинам было бы гораздо легче.

Самое тяжелое психологически, со слов грузинских командиров, было наблюдать полное господство в воздухе российской авиации. Далеко не все части попадали под бомбежку, большинство российских ударов баллистическими ракетами, РСЗО и авиацией пришлись по пустому месту, но слухи об огромных потерях и о том, что россияне бомбят всех оказали ключевую роль в панике и деморализации войск. К этому армия была не готова.

Все это могло быть просчитано, но все это не было просчитано. И демонстрация превратилась в тяжелое поражение. Поражение, которого при более грамотном планировании можно было бы избежать. Война, которую в таком виде надо было бы избежать. Все это не умаляет значения подвига грузинского народа – это урок, который надо знать.

Многое у них все-таки получилось. Потери российской армии оказались высокими – на сегодня достоверно известно: 72 военнослужащих, 3 танка, 19 единиц бронетехники, две минометные батареи, 6 боевых самолетов, включая стратегический бомбардировщик Ту-22. Также высокими оказались потери пророссийских оккупационных войск – “ополченцев” – до 100 человек. Общие потери российских сил, оказались сопоставимы с грузинскими.

В целом ряде боевых эпизодов грузинская армия может гордиться, когда инициативные офицеры брали на себя ответственность и били по врагу. У россиян также часто возникала паника, возникало множество проблем.

В этот трагический день я благодарю наших грузинских братьев за то, что они в самых неблагоприятных условиях приняли решение действовать. Вы были первыми, и война в Грузии очень изменила ситуацию в мире. Благодаря подвигу грузин, мир совсем иначе реагировал на агрессию России против Украины.

Во вторник запишу видеоинтервью с командиром 4-й пехотной бригады Грузии в августовской войне Gigi Kalandadze. Его бригада понесла наибольшие потери, после войны Георгий был назначен начальником Генерального штаба. Проведем After action review прошедшей войны.

Источник: censor.net.ua
Вам также может понравиться