Тюремный срок заменят высокими штрафами? Депутаты придумали, как правоохранителям наказывать чиновников за незадекларированное “добро”

После решения Конституционного Суда об отмене уголовной ответственности за недостоверное декларирование правоохранители и суды вынуждены закрыть сотни производств, в которых фигурировали представители власти разного уровня.

И хотя они все еще имеют право привлечь к незаконной ответственности “нечистых на руку” чиновников за незаконное обогащение, теперь процесс сбора доказательств усложнен. Эта статья Уголовного кодекса также была в обращении народных депутатов, по которому уже вынесено первое скандальное решение, но этот вопрос выведен в отдельное производство, и у судей еще есть время, чтобы окончательно определиться. А пока они его будут рассматривать, депутаты пытаются исправить ситуацию, признавая, что у них есть два пути: политический и юридический.

Хотя создание системы электронного декларирования в Украине началось в 2014 году, впервые госслужащие подали электронные декларации осенью 2016-го. Тогда был запущен открытый государственный реестр деклараций, обеспечением работы которого занимается Национальное агентство по вопросам противодействия коррупции (НАПК). С этого момента правоохранители получили возможность отслеживать, как меняются доходы чиновников, занимающих различные должности на местном уровне и в органах центральной власти. Показывать публично свой уровень жизни должны были также судьи и правоохранители. К тому же, все декларанты обязаны были подавать уточнения в декларацию, если в течение года в их имущественном положении что-то изменилось.

С запуском электронного декларирования Уголовный кодекс пополнился статьей об ответственности за внесение в декларации недостоверной информации. А вклад в борьбу с коррупцией получил возможность внести каждый, написав даже анонимное письмо в НАПК или правоохранителям. Если, например, по соседству живет чиновник, образ жизни которого, машина или квартира не соответствуют официальным заработкам или не задекларированы. Но полную проверку по декларациям вправе было проводить только НАПК. Тем самым, помогая правоохранителям со сбором доказательств в уголовных производствах. В том числе в ситуациях, когда речь шла о незаконном обогащении и гражданской конфискации. Поэтому, обращаясь в Конституционный Суд, депутаты просили разобраться не только с недостоверным декларированием, но и с уголовной ответственностью относительно незаконного обогащения, которую судьи уже ранее признавали неконституционной нормой, из-за чего депутатам пришлось менять законодательство.

Напомним, что ответственность за незаконное обогащение впервые ввели в ноябре 2015 года. А в 2017 году представление о неконституционности этой статьи в КС направили 59 депутатов из разных фракций (часть из которых сами были фигурантами производств именно по ней). Эта статья, по мнению депутатов, нарушала презумпцию невиновности, поскольку она предполагала, что обвиняемое в незаконном обогащении лицо считается виновным, пока не обоснует законность происхождения своих активов.

Они жаловались на то, что выписанный механизм ответственности за незаконное обогащение нарушает сразу несколько принципов Конституции, а также заставляет фигурантов уголовных производств свидетельствовать против себя и родственников.

Но после того, как эта статья исчезла из Уголовного кодекса по решению Конституционного Суда, Верховная Рада не только приняла новый закон, который ее обновил, но также были внесены поправки в законодательство о конфискации имущества в порядке гражданского судопроизводства. Иск в отношении лица о признании необоснованными активов может подаваться без наличия обвинительного приговора. Конфискация незаконных активов должностных лиц происходит по решению суда в гражданском процессе. По закону дела о признании активов необоснованными и их взыскании в доход государства рассматривает Высший антикоррупционный суд.

Смирились с таким решением не все. Прошло чуть меньше года – и народные депутаты обратились в КС с несколькими представлениями, в которыми поставили под сомнение существование института специальной конфискации, а также оспорили конституционность статей о незаконном обогащении, недостоверном декларировании и отдельных положений закона “О предотвращении коррупции” в части заполнения деклараций и мониторинга образа жизни тех, кто их подает.

В конце октября Конституционный Суд разделил производство по обращению депутатов на два и сделал выводы только по статье 366-1 Уголовного кодекса, которая касается декларирования, а также обязал НАПК закрыть реестр и лишил возможности проводить проверки деклараций.

Таким образом, НАПК утратил возможность проверять достоверность поданных чиновниками сведений и привлекать их к ответственности. Кроме того, обращаться в Специализированную антикоррупционную прокуратуру или Офис генпрокурора для подачи иска в суд о признании необоснованными активов и конфискации их в доход государства. Также КС признал неконституционным требование, согласно которому чиновники должны сообщать в НАПК об изменениях в своих декларациях на сумму более 50 прожиточных минимумов по состоянию на 1 января текущего года.

Сразу после вынесения решения НАПК закрыло доступ к реестру деклараций. Но через несколько часов после заседания СНБО, которое было экстренно созвано президентом, появилось распоряжение правительства, и эти данные снова стали публичны. Но проблемы по существу это не решило. Привлекать к уголовной ответственности чиновников нельзя. Поэтому правоохранительные органы вынуждены закрыть соответствующие уголовные производства. Например, в производстве НАБУ находилось 110 уголовных дел, в рамках которых расследовалось около 180 фактов умышленного внесения недостоверных сведений в декларации.

Семи лицам, среди которых трое бывших народных депутатов, сообщено о подозрении. 34 дела направлены в суд. И как заявили в бюро, из-за решения КСУ все эти дела должны быть закрыты. Следовательно, должностные лица, уличенные в злоупотреблениях, уйдут от ответственности.

Вынуждены прекратить расследования и следователи Национальной полиции. Как рассказал в комментарии “Цензор.НЕТ” замглавы Национальной полиции – начальник Главного следственного управления Максим Цуцкиридзе, в целом с момента, когда была введена статья 366-1 Уголовного кодекса, то есть с 2015 года, расследовалось 3 810 уголовных производств. 1 316 направлены в суды. “На данный момент в органах полиции расследуется 761 уголовное производство по этой статье, предъявлены подозрения 182 лицам. По сути, по всем делам теперь нужно принимать процессуальное решение”, – отметил он.

По его словам, решение КС, безусловно, осложнило работу правоохранителей. Хотя нужно усиливать контроль именно сейчас, когда на места в связи с административно-территориальной реформой спускается больше бюджетных средств. Ведь даже, если правоохранителям не удастся доказать факт разворовывания, то можно отследить, как украденные у государства деньги легализованы тем или иным чиновником. Второй вопрос, как за это наказывать, если ответственности нет.

В то же время он подчеркнул, что это отнюдь не означает, что чиновники смогут безнаказанно воровать, улучшая свое материальное положение. Во-первых, уголовную ответственность за незаконное обогащение пока не отменили. И всегда можно сравнить доходы и реальные расходы человека. Так что на противоправные действия и коррупционные правонарушения правоохранители будут реагировать в любом случае. Тем более, как добавил начальник Департамента стратегических расследований Нацполиции Руслан Марчук, основной массив работы – это выявление административных коррупционных правонарушений.

“Например, за 10 месяцев текущего года нами составлено и направлено в суд более 10 тысяч соответствующих протоколов. В почти 80% суд принял по ним решение о привлечении субъектов к административной ответственности и обязал уплатить соответствующие штрафы. Работа в этом направлении продолжится. Нам никак не запрещено выявлять такие правонарушения, составлять протоколы и привлекать к ответственности. Тем более доступ в Единый реестр деклараций восстановлен решением правительства. Единственная правовая неопределенность, которая может произойти в этом направлении, связана с отмененной решением КСУ ст. 65 ЗУ “О предотвращении коррупции”. В этой статье были определены виды ответственности за совершение коррупционных правонарушений. Эта статья признана неконституционной, соответственно отменяется любой вид ответственности. Однако никто не отменял нормы в Кодексе Украины об административных правонарушениях. Как действовать в такой ситуации, решать судам – это их зона ответственности”, – пояснил Марчук.

Он считает, что своим решением Конституционный Суд создал серьезную проблему. “Люди, которые были привлечены к уголовной ответственности, от нее освобождаются. Вполне возможно, они массово пойдут в суды с требованием восстановить их в прежних должностях и возместить нанесенный моральный ущерб. Как по мне, декриминализация ст. 366-1 создает достаточно опасную проблему. Те, кто подал в декларации недостоверные сведения в особо крупных размерах, уйдут от ответственности. Те, кто, грубо говоря, несущественно солгал, подавая сведения, ответственность понесут. Второй аспект касается своевременного представления. Теперь проще вообще не подать декларацию и избежать ответственности, чем подать ее несвоевременно”, – отметил он.

Что касается статьи о незаконном обогащении, то пока она осталась в Уголовном кодексе. По словам главы Комитета Верховной Рады по вопросам правоохранительной деятельности Дениса Монастырского, эта часть пунктов, указанных в представлении народных депутатов, выведена Конституционным Судом в отдельное представление, и ее еще не рассмотрели.

Но вот полноценно работать в этом направлении правоохранителям будет сложно, считает первый замглавы парламентского Комитета по вопросам антикоррупционной политики Ярослав Юрчишин.

“Статья о незаконном обогащении фактически не была отменена. При этом она выхолощена, потому что правоохранительные антикоррупционные органы не имеют механизма проверки достоверности информации в декларации, – заявил народный депутат в комментарии “Цензор.НЕТ”. – То есть человек может внести любую информацию или вообще не внести, НАПК не может это проверить, а значит и не может дать для Национального антикоррупционного бюро информацию, которая бы доказывала незаконное обогащение или гражданскую конфискацию. Поэтому решение КСУ “убило” эти статьи по существу. Хотя и оставило их в Уголовном кодексе. А для того, чтобы наказание за незаконное обогащение и процедура гражданской конфискации все же работали, нужно вернуть все полномочия, которых лишено НАПК. То есть вернуть ответственность за вранье в декларациях и проверку электронных деклараций. При других условиях эти нормы будут мертвыми. Ни статья о незаконном обогащении, ни процедура гражданской конфискации работать без проверки деклараций не будут”.

Выходов из создавшейся ситуации может быть несколько, полагает Денис Монастырский.

“Давайте разделим этот вопрос на две части: политическую и юридическую. Если мы говорим политически, то всем понятно, и есть поддержка общества, чтобы сейчас восстановить статус-кво. То есть, вернуть все то, что отменил Конституционный Суд. Это решение было предложено и в законопроекте президента, и в законопроекте, который инициировали депутаты.

Мы в комитете предложили два варианта решения этого вопроса именно в контексте недекларирования или подачи заведомо недостоверной информации в декларации. Первый вариант – это обновление статьи в Уголовном кодексе, но она будет с другой санкцией. Мы предлагаем убрать лишение свободы и увеличить штраф, сделать его в размере от трех тысяч до шести тысяч необлагаемых минимумов доходов граждан. Второй вариант решения этого вопроса, который выписан еще в одном законопроекте, – переведение этого правонарушения в административный проступок. Напомню, что в Кодексе Украины об административных правонарушениях уже есть точно такая же статья, с такой же точно диспозицией. Разница в размере недекларируемого имущества или размере ошибки. Законопроектом предлагается дополнить статью новыми частями, которыми установить административную ответственность за представление недостоверных сведений в декларации лица, уполномоченного на выполнение функций государства или местного самоуправления, если такие сведения отличаются от достоверных на сумму более 250 прожиточных минимумов”, – отметил он.

Он также добавил, что кроме высоких штрафов, депутаты настаивают на том, чтобы человек, совершивший коррупционное правонарушение, был лишен права занимать ту же должность. По его мнению, эффективность Кодекса об административных правонарушениях и применяемых норм гораздо выше, чем Уголовного кодекса.

“Политически мы должны вернуть все на статус-кво, а юридически – серьезно подумать, как работает эта статья, в чем ее проблема. И действительно пересмотреть, чтобы ее могли более эффективно использовать правоохранительные органы на благо общества”, – подчеркнул нардеп.

В свою очередь, постоянный представитель Верховной Рады в Конституционном Суде Ольга Совгиря настаивает, что необходимо вернуть все те нормы, которые были упразднены после вынесения судебного решения. А оценку действиям судей должны дать правоохранительные органы. По ее мнению, был допущен ряд грубых нарушений, о чем она неоднократно публично заявляла.

“При рассмотрении дела об электронном декларировании я сообщала о том, что допущен ряд грубых нарушений процедуры рассмотрения. Поэтому я считаю, что правоохранительные органы должны среагировать на эту информацию и дать ей соответствующую оценку. Возможна ли квалификация этих действий в рамках Уголовного кодекса, или же проблемы нет и все было принято законно”, – говорит нардеп.

Она рассказала, что не обращалась в правоохранительные органы с соответствующим заявлением. А также напомнила, о каких нарушениях идет речь. “В перерыве между заседаниями Конституционный Суд изменил форму производства, не были допущены представители Верховной Рады и президента на заседание, где изменялась форма производства. Кроме того, КС рассматривал дело с нарушением порядка внесения вопроса в повестку дня заседания. Судьи также не приняли решение об отводе тех судей КС, в отношении которых действительно был конфликт интересов”, – прокомментировала Совгиря.

А вот нардеп Ярослав Юрчишин не стал ограничиваться только публичными заявлениями, а обратился в правоохранительные органы. И на прошлой неделе был допрошен в качестве свидетеля в ГБР. После допроса он заявил журналистам, что Госбюро расследований расследуют два производства в отношении резонансного решения Конституционного Суда. “Сегодня меня допросили в качестве заявителя и в качестве свидетеля по делу об оценке действий судей Конституционного Суда. Следователь ГБР мне сообщил, что расследуются два производства. Первое по ст.344 – вмешательство в деятельность государственного деятеля с использованием служебного положения и второе – ст.109 – захват государственной власти. Именно по этой статье я подал заявление о преступлении. Сейчас есть ходатайство об объединении этих дел в одно, чтобы следственные действия проходили параллельно”, – сказал Юрчишин.

Как выйти из нынешнего кризиса –  депутаты все еще решают. Пока эти воопросы не будут выноситься в зал, поскольку консолидированной позиции по ним нет.

Источник: censor.net
Вам также может понравиться