В Украине формируется новый тип рейдерства: причастными оказались судьи Верховного Суда и известный инвестиционный банкир Игорь Мазепа

Особенно удивительно, что занимается этим владелец компании "Конкорд". Для его масштаба бизнеса, коллекторство – мелкий и репутационно плохой бизнес. Отбирание имущества почти всегда связано с криминалом и создает массу врагов. В данном случае – довольно влиятельных.

Схема разворачивается на вторичном рынке недвижимости – вокруг квартир, домов и недвижимости. Через суды, в частности через Верховный Суд, Мазепа добивается не вполне чистых решений, по которым отбирает имущество у добросовестных приобретателей.

Представьте, люди много лет живут в квартирах, за которые честно заплатили деньги. На купленных землях ведут агрохозяйство или строят склады. Они спокойны за свое будущее, и совершенно зря. В абсолютной тишине проворачиваются колесики судебной машины. И в один прекрасный день вдруг выясняют, что все это принадлежит уже не им, а Мазепе.

Вся тонкость в том, что суды принимают не вполне чистые решения. По объектам истекли сроки исковой давности, а в ряде случаев доказательства сфабрикованы. Поэтому есть сильные подозрения, что решения судов в пользу Мазепы – предвзятые и необъективные. Но они принимаются.

Масштабы схемы – огромные. Только мне рассказывают о приблизительно 300 случаях, но это далеко не предел.

Потенциально эта схема может коснуться ДЕСЯТКОВ ТЫСЯЧ объектов. Мазепа и судьи Верховного Суда буквально прокладывают тропу, по которой пойдут десятки коллекторов. В Украине может развернуться масштабный передел собственности. Так что в опасности может оказаться любой человек, который честно приобрел имущество, которое когда-то было связано с банком. Однажды он может узнать, что за его квартирой пришли такие вот мазепы.

Она возникла вокруг имущества, которое контролировали ликвидированные банки. Если помните, в 2014-2016 годах в Украине состоялся так называемый “банкопад”. Всего за два года НБУ Валерии Гонтаревой положил порядка 100 банков, от гигантской “Дельты” до маленьких банков-бутиков.

После этих банков осталась куча имущества. В основном, это права требования по выданным кредитам, а также недвижимость, оборудование – всего более, чем на 400 миллиардов гривен. Этот массив поступил в распоряжение Фонда гарантирования вкладов, и тот начал многолетнюю работу по разгребанию авгиевых конюшен. Работа эта продолжается до сих пор.

Если вы помните, банки упали не сразу. Незадолго до введения в них временной администрации они месяцами испытывали проблемы. Главная проблема была в том, что не было денег: на проведение платежей, на выплаты клиентам. Майдан, Крым, Донбасс и общая разруха сыграли свою роль. Аналогичные проблемы были у клиентов этих банков. У многих закрылись бизнесы, связанные еще с эпохой Януковича. Стоимость недвижимости упала, земли никто не покупал. Клиентам не было чем платить банкам по кредитам. Возникал замкнутый круг, в котором банки застревали в проблемах еще глубже.

В той ситуации клиенты вели себя по-разному. Некоторые просто исчезали в расчете на то, что никто не станет их искать. Некоторые шли на откровенно мошеннические схемы, пытаясь “простить” свои кредиты банку. Третьи предлагали банку взять хотя бы часть денег. И банки шли навстречу, потому что после ликвидации им не удалось бы получить вообще ничего.

Все было очень даже законно. Сделки оформлялись при участии авторитетных нотариусов и банков. Те проверяли, что имущество “чистое” и без отягощений, банк подтверждал свое согласие. В выигрыше был и клиент, который не мог платить по кредиту. В залоге у банка “висела” его квартира – и однажды ему все равно пришлось бы отдать коллекторам квартиру, да еще и заплатить сверху. Поэтому клиент находил покупателя, который соглашался погасить часть этого кредита в обмен на квартиру. Оставшуюся часть банк соглашался списать. Клиент избавлялся от кредита и “приятного” общения с коллекторами. Покупатель получал квартиру или землю по цене ниже рынка. Банк получал “живые” деньги, которыми мог проводить платежи.

Таких сделок в 2014-2016 годы были тысячи. Очень даже добросовестные покупатели стали законными владельцами земли, зданий, квартир. Они НЕ были мошенниками.

В Украине ликвидацией банков занимается Фонд гарантирования вкладов физлиц. До 2014 года это была малозаметная организация. Но в результате “банкопада” Фонд получил в свое распоряжение активы более, чем на 400 млрд грн. Провел аудит и выяснил, что большая часть этих активов – неживые, потому что по кредитам никто не платит.

А еще Фонд обнаружил, что в последние три дня перед ликвидацией многие банки проводили так называемое “схлопывание” – списывали кредиты за счет депозитов, которые тоже были открыты в банках. Без “живых” денег – просто за счет подписывания документов.

ФГВФЛ сосредоточился на возврате активов. Для этого он пошел в суды и подал в правоохранительные органы тысячи заявлений, в которых фигурируют активы на сотни миллиардов (!) гривен.

Одно из направлений работы Фонда было связано с тем, чтобы признать незаконными сделки, которые заключались в последние недели работы банков. Были все признаки того, что НБУ предупреждал банкиров, что их дни сочтены – и те устраивали массовые “схлопывания”. В судах Фонд доказал, что “схлопывание” является видом мошенничества.

Но чисто юридически под раздачу попали и кредиты, которые погашались за счет “живых” денег. А это именно такие сделки, о которых я писал выше. Сделки, в которых фигурировали добросовестные покупатели, которые платили “живые” деньги.

К Фонду гарантирования – никаких претензий. Он не коллектор и сам не бегает за должниками. Фонд продает права требования по кредитам через аукционы “Прозорро.Продажи”, а уже профессиональные коллекторы начинают “догонять” должников. Единственное, Фонд создал механизм, который позволял бы продавать права требования по кредитам дороже. Поэтому решение Верховного Суда о том, что такие сделки не имеют законной силы, – вполне законны.

Другое дело, что на следующем этапе возникла почва для рейдерства.

Следите за руками.

Первое. Фонд гарантирования через суд признал все сделки, которые заключены накануне банкротства банка, ничтожными. То есть, сделки недействительны. Считается, что те кредиты никогда не погашались. А значит, к Фонду гарантирования перешло право требовать у должника платить по кредиту.

Второе. Дальше эти права требования Фонд выставил на аукцион “Прозорро.Продажи”. Их купили многие коллекторы, в том числе Мазепа. Подешевке – условно, за 3-10% стоимости.

Третье. Люди, которые в свое время купили по таким операциям недвижимость, ничего не знали о решении судов и о продаже их кредита с аукциона. Они были уверены, что все купили законно. Но однажды им пришло извещение, что на их имущество претендует новый хозяин. В нашем случае, Мазепа и его компания “Конкорд”.

Четвертое. Но Мазепа прав лишь отчасти.

С одной стороны, у него права требования по кредитам – “Конкорд” купил их на аукционе “Прозорро.Продажи” вполне законно.

С другой стороны, он не прав, потому что истек срок исковой давности по таким сделкам. Он составляет 3 года. Условно, на протяжении трех лет есть шанс обжаловать сделку и отобрать имущество назад, даже если покупатель – добросовестный приобретатель. А после истечения трех лет уже ничего обжаловать нельзя. Новый владелец уже защищен законом.

Именно такая ситуация сложилась по кредитам, которые Мазепа купил в судах. Если бы это случилось в первые три года, то было бы так:

– Мазепа купил право требования по кредиту

– он через суд отбирает свое имущество у добросовестного приобретателя

– добросовестный приобретатель имеет претензии не к Мазепе, а к тому человеку, с которым заключал сделку много лет назад. Именно этот человек должен вернуть добросовестному приобретателю деньги.

Но прошли три года. И теперь ничего нельзя сделать. Даже если кредиты выкуплены с аукциона Фонда гарантирования, принцип срока давности все равно работает.

Только Мазепа с этим не согласен. Он приходит в суды – и те принимают решения в его пользу. Иногда суды просто игнорируют срок исковой давности, чем явно нарушают закон. Но иногда происходит явная подтасовка документов. А это уже чистый криминал.

С этого момента и начинается рейдерство. По словам моих источников, Мазепа нарушает юридические устои. Благодаря связям в судах он все равно пытается отобрать имущество.

И тут выясняются пикантные моменты. Оказывается, что юристы Мазепы в курсе того, что срок исковой давности истек. Однако они нашли лазейку. Оказывается, вся фишка в том, чтобы в течение первых трех лет бывший владелец кредита получил уведомление. В уведомлении условно значится, что теперь права по его кредиту принадлежат Мазепе, а бывший владелец кредита подписал, что его уведомили. С этого момента сделка 2014-2016 года вроде как недействительна.

Такое уведомление, подписанное бывшим владельцем, сотрудники Мазепы приносят в суд. Для суда это становится основанием, чтобы отдать квартиру, землю и здания новому владельцу – Мазепе.

Конечно же, другая сторона не сидит сложа руки. Они оспаривают эти решения судов. На сегодня в судах “висят” уже около 300 подобных дел. Пока идёт рассмотрение, имущество блокируется через арест.

Естественно, добросовестные клиенты узнают, что оказывается существует некое уведомление. Которое даже подписал человек, продавший им квартиру. И они предъявляют продавцу претензию.

Но тут – внимание – выясняется, что никакого уведомления тот не получал. Что никакой “Конкорд” ему не звонил и не писал. Что подпись, на основании которой суд отбирает квартиру, ПОДДЕЛАНА. И подделали ее, скорее всего, сотрудники “Конкорда” или кто-то в интересах “Конкорда”.

Естественно, на основании этих фактов возбуждаются уголовные дела. Процесс затягивается надолго – экспертизы, дознания и все прочее. По итогу, у Мазепы нет шансов. Но его представители тянут время, потому что тяжба – это дорого. У их оппонента может просто не хватить денег, терпения или сил.

Встречи в кабинетах также не дают результатов. В “Конкорде” неформально признают, что они подделали документ. Но чтобы решить вопрос, требуют заплатить им огромную сумму. По сути, заплатить за квартиру/землю/недвижимость еще раз.

Украинская действительность такова, что победит сильнейший.

Если у добросовестного приобретателя хватит денег+связей+терпения – он сумеет отбиться от Мазепы. А если нет, у него отберут его имущество.

Мои источники говорят, что у Мазепы есть хорошие связи в Верховном Суде. И тот может запросто создать прецедент, по которому в скором будущем у сотен людей отберут их собственность. По сути, под угрозой любой житель Украины, в свое время законно купивший дом или землю. Но их безопасность – кажущаяся. Мазепа (и, я думаю, не только он) ломает устои, умея решать вопросы в судах.

Если Верховный Суд проложит тропинку, по которой сможет игнорировать срок исковой давности три года, – возникнет передел собственности гигантского масштаба. Ведь Фонд гарантирования уже продал через “Прозорро.Продажи” права требования по кредитам на миллиарды гривен. Другое дело, что до сих пор их не получалось активировать – не было Мазепы, умеющего решить вопросы в судах.

Решить вопрос может также Верховный Суд. Для этого нужно выработать единую юридическую позицию государства в таких вопросах. Однозначная трактовка Верховного Суда поставит точку в попытках рейдерским путем отобрать имущество. В противном случае, по рынку недвижимости будут бегать стаи шакалов, пытающиеся оторвать имущество там, где оно плохо лежит.

Ну и напоследок. Еще раз повторю, что я с удивлением узнал о новом бизнесе Игоря Мазепы. Во-первых, отбирать квартиры – это не его масштаб. Во-вторых, это явно бьет по имиджу. А “Конкорд” всю свою деловую жизнь пытается играть на поле цивилизованного банкинга, равно как и его главный украинский конкурент “Драгон Капитал”.

Странно, что коллективный Мазепа действует методами 1990-х и портит людям жизнь. А когда те приходят за объяснениями, требует отдать ему деньги. Так “белый” инвестбанкир постепенно превращается в рейдера.

Недавно мне все объяснил один из коллег Мазепы. По его словам, владелец “Конкорда” склонен к широким жестам на грани фола. Вполне возможно, это и есть причина такого его поведения на рынке недвижимости. Ждем решения Верховного Суда.

Источник: censor.net
Вам также может понравиться