Засранцы, Зе-ковчег и корабельная сосна

В Украине потоп. Руководство государства перебралось в самое безопасное место страны – Херсонский порт. На дорогах пошаливают дальнобойщики. Универсальной валютой стала корабельная сосна. Президент Владимир Зеленский не теряет надежды построить Зе-ковчег и спасти на нем всех праведников.

***

– Ковчег у нас получился – вообще красотка, – сказал лидер партии “Слуга народа” Александр Корниенко, с удовольствием рассматривая Зе-ковчег, подозрительно похожий на криво сбитый дырявый сортир, опасно кренящийся к морю на краю пирса. – В турборежиме отх#ярили, энергетика!

– Энергии много, – кивнул глава фракции “СН” Давид Арахамия. – Но, как мне кажется, он не совсем как бы поплывет… Мы видим, что сейчас действительно не мода, а тренд, наверное, можно так сказать, что новые лица ни в чем не могут разобраться, а Зе-ковчег – это все-таки сложная система, может, пусть лучше нам его строят управленцы с опытом?

– Да что там сложного, – отмахнулся Корниенко, – главное в нашем деле – это корабельная сосна, чтоб баба была рабочая.

Арахамия скучающе огляделся и увидел депутата Аллахвердиеву, увлеченно фотографирующую себя на айфон в призывных позах у фонтана.

– Я бы этой сосне поддул ту мач, – непонятно сказал Корниенко. – А дупло, ты видишь это дупло?!

– Где? – рассеянно спросил Арахамия.

Дверь сортира с грохотом открылась, и оттуда разболтанной походкой вышел Владимир Зеленский. Вслед за ним семенил Ермак, на ходу оттирая надушенным носовым платком костюм президента, запачканный непонятными липкими пятнами.

– Вот ведь засранцы! – возмущался Зеленский. – Хотел хоть что-то полезное сделать для страны, так они и сюда добрались. Вот как они это делают?

Поглядев в сторону фонтана, президент высоко подпрыгнул и жадно закурил айкос.

– Баба да, – сказал он, – баба да.

– Надеюсь, это не про нашу уважаемую коллегу, которая никакого отношения к обсуждаемым вопросам не имеет? – насторожился Корниенко. – Такие фривольные слова могут обидеть женщин.

– Баба нет, баба нет, – запротестовал Зеленский, засовывая айкос на зарядку и немедленно доставая из кармана другой. – Совсем нет времени на жену и детей.

– Владимир Александрович, тут просят поучаствовать в чрезвычайном селекторном совещании, – вмешался Ермак, протягивая президенту телефонную трубку. – По наводнениям на Закарпатье.

– Каким еще наводнениям? – неприятно удивился Зеленский, взял трубку и сказал в нее: – Шо нада, говори быстрей, у меня чаты. Да… Что значит жители отрезаны? Господи боже, ну скиньте им на плотике еды, дайте побольше видеокассет, неужели один я обо всем должен думать?.. И что, так трудно укрепить берега рек?!

– …А Заяц ему такой: “Миша, ну если елки нет, дай хоть сосну”, – захлебываясь от смеха, рассказывал Корниенко анекдот, – а Медведь ему: “Ну на, сосни, и уё…

– Мущина, огоньку не найдется? – грудным голосом спросила незаметно подошедшая сзади журналистка Наташа Влащенко, непринужденно тыча в него срамным мундштуком с распродажи модного магазина бизнесмена Корогодского.

– Нет, у нас айкосы, – галантно ответил Корниенко. – Что это у вас за мундштук? Кажется, корабельная сосна? Можно погладить?

– Нельзя, я по делу, – строго сказала Наташа. – Говорят, вы тут отбираете праведников на Зе-ковчег? Настоятельно рекомендую брать только красивых и со вкусом одетых людей, таких, например, как…

– Принимается, так и сделаем! – с энтузиазмом сказал Ермак. – Так что, женщина, вам тут не место, покурили и идите.

Вытолкав сильно удивленную Наташу с пирса, глава президентского офиса деловито включил переносной телевизор. В телевизоре показывали социальную рекламу, в которой Владимир Зеленский плавал на лодке по карпатским рекам и спасал застрявших зайцев, переводил котят через селевые потоки и весело бегал по лужам у ручья с детьми, оставшимися без крова. Бегущая строка гласила: “Президент Украины Владимир Зеленский держит на постоянном круглосуточном контроле ситуацию в западных областях страны, где бушует непогода. На экстренном совещании глава государства заявил…”

– Баба да, баба да, – заявил Зеленский, доставая пятый айкос. От курения его глаза покраснели, а на опухшем от круглосуточной работы лице появилось выражение брата Добкина. – Засранцы, ха-ха-ха, видосик-чатик-шаурма! Хоба, хоба!

Корниенко украдкой достал из кармана небольшую доску из корабельной сосны, засунул ее себе в штаны и с третьей попытки загнал занозу.

– Ах, – сказал он и закончил.

– Господа, лимончелло? – сладко спросил ресторатор Тищенко. – Лимонаду? Просто лимон? Помогает от волнений.

– Сосновые шишечки есть? – быстро спросил Корниенко. – Дуплишечко корабельной сосны, может быть?

– Только резиновое, – воровато оглядевшись, предложил Тищенко.

– Нет, это вырвано из контекста, – покачал головой головой Корниенко и неожиданно запел с болью в голосе: – О корабельная сосна расстрелянного генерала! Я тщетно силился понять, как ты смогла себя отдать на растерзание вандалам…

– Прекратить балаган! – рявкнул Ермак. – Потоп на носу!

– Я в чатик, – быстро сказал Зеленский и с озорной улыбкой уткнулся в айфон.

– А я требую не пускать на ковчег извращенцев! – рявкнул у него над ухом депутат Дубинский. – Вы видели, как эти пидарасы цинично обесчестили своим флагом мою Родину-Мать?! Моя Родина-Мать любит скорость, а я люблю свою Родину-Мать! Считаю, что это отличный повод…

– Румын, бля, румын! – пьяно захохотал Зеленский, тыча в Дубинского прокуренным айкосом. – Иди отсюда, румын, Зе-ковчег не резиновый.

– Эй, эй, Вова не гони, – тихо сказал Ермак, смущенно улыбаясь.

– Ты че, Вова, совсем удолбался? – возмутился Дубинский, доставая мобильный телефон и набирая чей-то номер. – Сейчас с тобой будут говорить, готовь, братец, вазелин.

– Я помню все твои трещиинкиии, – тихо пропел Корниенко. – Корабельная сос…

– Пускай тут все молчат, блянах#й! – рявкнул Дубинский, протягивая Зеленскому трубку. – Вова, тебя.

– Да, – сказал Зеленский в телефон, стремительно трезвея. – Есть. Слушаюсь… Прошу на борт, уважаемый господин Дубинский, чувствуйте себя как дома.

– Только я не один, я с партнером, – сказал Дубинский, обнимая за крепкую мужскую талию депутата Бужанского. – Он чтит мою Родину-Мать как никто.

– Корабельная сосна упруга, край суровый тишиной объят, – пропел Корниенко, – два нардепа, два веселых друга…

– Только не начинай, – устало сказал Ермак. – Потоп близко.

– Я в чатик, – снова сказал Зеленский.

– Господа, я вот что хочу сказать, – вмешалась глава парламентского комитета по вопросам соцполитики и защиты прав Третьякова. – Ни в коем случае не спасайте детей низкого качества. Этих засранцев нужно усыплять, как делала Маргарет Тэтчер, а их матерей – стерилизовать, как Ли Кван Ю. Только арбайт махт фрай, друзья, зиг хайль, иначе эти маленькие твари… А, вот, кстати, полюбуйтесь, вот то, о чем я говорила.

Все посмотрели в указанном ею направлении и увидели идущего мимо мальчика лет десяти. Мальчик был одет в футболку с символикой “Зе-команды”, размахивал зе-флажком и бил в зеленый барабан.

– Зе! – кричал мальчик голосом очень низкого качества. – Зе! Зе! Зе! Сделаем их вместе! Учитель будет жить как президент! Все мы президенты! Зе! Зе! Зе! Зе! Зе! Зе! Зе! Зе! Зе! Зе! Зе!

– Отвратительный имбецил, – с отвращением сказала Третьякова и мощным ударом под зад столкнула мальчика в море. – Что с него вырастет? Горе всей стране, вот что.

– Эй, минуточку! – возмутился Ермак. – Он же был за Зе.

– Так что, кормить теперь его? – сардонически усмехнулась Третьякова. – Хватит уже, откормились, пусть они нас теперь кормят.

– Ой, пацаны, кто-то пишет сообщение в чатике дальнобойщиков! – хихикнул Зеленский, бульбулируя айкосом. – Вот сейчас будет хохма, бугага…

Внезапно он осекся и побледнел.

– Чуваки, сюда едут дальнобойщики, – выкрикнул Зеленский, заметавшись по пирсу. – Много! Кто-то написал в чате, что тут свободная дорога, сейчас меня собьют фурой, как перед выборами!

Из-за поворота послышался стремительно нарастающий рев множества перегруженных грузовиков.

– Валим! Отдать швартовы! – скомандовал Ермак, и все бросились к Зе-ковчегу, отталкивая друг друга локтями. Вбегавший последним Арахамия слишком сильно хлопнул дверью, сортир окончательно покосился и тяжело упал в море. Несколько секунд он покачался на волнах, а потом начал с бульканьем уходить на дно.

На берегу депутат Аллахвердиева махала вслед Зе-ковчегу зеленым платочком. В другой руке она держала смартфон, с которого отправила в чат дальнобойщикам сообщение, которое так взволновало главу государства. Корниенко смотрел на нее сквозь щель в двери сортира исключительно как на коллегу. Отношения между ними, независимо от статуса и гендера, были примерно одинаковы. Немножко близкие, немножко ироничные, но, в любом случае, это были отношения людей, объединенных одной целью и составляющих лучшую команду, которая случилась с Украиной за всю ее историю.

Источник: censor.net.ua
Вам также может понравиться